Археологические исследования на некрополе Аулиеколь
В последние годы, Институтом археологии им. Маргулана, в сотрудничестве с ВУЗами и музеями г. Павлодара, проводятся работы по поиску и изучению памятников, отражающих развитие средневековой городской культуры и государственности на востоке Сарыарки. В качестве одного из опорных объектов изучения выбран археологический комплекс Аулиеколь расположенный в устье р. Оленты в Екибастузском районе Павлодарской области.
Исследуемый объект расположен юго-восточнее п. Каражар, в урочище Караоба, представляющем собой мысовидный останец омываемый с запада р. Оленты, с юга озером Аулиеколь. На вершине останца, в центре старинного кладбища рода Канжигалы, расположены руины нескольких кирпичных сооружений в виде бугров насыщенных битым жженым кирпичом, обломками глазурованных плиток, кусками известкового раствора. На самых крупных объектах видны следы давних ограблений и любительских раскопок в виде траншей и ям поросших травой.
Вокруг бугров, отмечено множество западин и небольших холмиков, часть которых перекрыта поздними сырцовыми мазарами и могильными насыпями XIX-XX вв. Здесь же, а также западнее бугров, на поверхности собрана средневековая керамика, а в результате шурфовок выявлен культурный слой, содержащий аналогичную керамику и кости животных.
На одном из бугров в центральной части кладбища диаметром 30 м, высотой 1,48 м заложен раскоп площадью 750 кв.м. В ходе работ, в раскопе были выявлены остатки сооружения сложенного из жжёного и сырцового кирпича. Как выяснилось в дальнейшем, сооружение в плане имеет прямоугольную форму размером 19x1 2 м и ориентировано входной частью в южную сторону. Сохранившиеся основания стен толщиной в 1 м, сложены из 3 рядов квадратного сырцового кирпича форматом 25x25x6 см на глиняном растворе и облицованы снаружи в один ряд жженым кирпичом размером 25x25x5 см.
При расчистке руин сооружения, найдены фрагменты керамики, кости животных и рыбы, декоративный кирпич, а также, большое количество фрагментов и целых образцов декоративной плитки некогда украшавшей стены здания. В западном секторе раскопа зафиксировано компактное скопление декоративной плитки, которую после извлечения из стен, разрушители памятника сбрасывали в отдельную кучку вероятно с целью дальнейшего вторичного использования.
Вход в сооружение располагался с южной стороны, здесь к наружной стене, в центральной ее части, примыкают остатки небольшой выкладки из уложенных в два ряда жженых кирпичей возможно являющейся остатками ступеней. При расчистке юго-западного угла с левой стороны от входа, внутри здания найдено скопление лошадиных черепов ориентированных мордами в южном направлении. В центре сооружения находилось помещение, имевшее в плане восьмигранную форму размером б,5x6,5 м. Стены его выложенные из жженого кирпича, сохранились на высоту 0,8-1 м, толщина стен 1,25 м. Пустое пространство между помещением и основной внешней сырцовой стеной здания древними строителями было забутовано глиной, кусками битого сырцового кирпича, а также, в значительном количестве, обломками бракованного жженого кирпича и шлаком из кирпичеобжигательных печей.
Внутри помещения находился плотный завал жженого кирпича, под которым расчищен пол, залитый жидкой глиной. Дальнейшее углубление ниже уровня пола показало отсутствие каких либо находок.
С севера к первому помещению примыкало помещение 2 в плане представлявшее квадрат из жженого кирпича размером 2,75x2,75. Разделяющая оба помещения кирпичная стена сохранилась на высоту 0,4м, при этом, следов дверного проема не обнаружено.
Пол помещения как и в предыдущем случае, был залит черной пойменной глиной, а пространство между помещением и наружной сырцовой стеной забутовано глиной и битым сырцовым кирпичом. При разборке завалов внутри помещения обнаружены захоронения совершенные на уровне пола и в грунтовой яме.
Погребение 1. Совершено на уровне пола, в деревянном гробу, из широких струганных досок, рядом с северной стеной разделяющей помещения 1 и 2. Погребенный уложен вытянуто, на спине и ориентирован на запад. Кости скелета находились в анатомическом порядке, за исключением черепа, который возможно был перемещен в более позднее время, при разборке сооружения, так как участок кирпичной стены рядом с изголовьем оказался разобран до основания. В ходе расчистки, слева от правой ноги, ниже колена, обнаружен не большой, круглый деревянный предмет со сквозным отверстием в середине, похожий на крупную бусину.
Погребение 2. Расположено в центральной части помещения. Как и в первом случае совершено в гробу, из струганных досок, на уровне пола и ориентировано по оси запад-восток. Нижняя часть погребения располагалась над более ранней грунтовой могилой и вероятно в результате проседания грунта оказалась расположена немного ниже относительно изголовья.
Костяк погребенного находился на спине, в вытянутом положении, головой на запад, череп лежал на затылке, лицевым сводом вверх. Кости нижних конечностей оказались потревожены и перемещены к тазу. Часть ребер и кости рук также находились не в анатомическом порядке. В ходе расчистки на костях погребенного обнаружены остатки одежды в виде фрагментов кожи, а также, материи красного и зелёного цвета. Слева от таза, найден небольшой железный нож с выделенным черенком.
Погребение 3. Обнаружено рядом с северной стеной помещения 2. Совершено в грунтовой могиле под овальной формы, ориентированной в направлении запад-восток, при этом юго-западный сектор могилы оказался перекрыт погребением 2, очевидно являющимся более поздним по отношению к погребению 3.
При расчистке погребения обнаружены остатки надмогильного перекрытия в виде поперечно уложенных деревянных досок шириной 10 см. Заполнение могилы состояло из светло-коричневой супеси с фрагментами древесины. На глубине 0,9 м выявлены внугримогильные перекрытия в виде наката из поперечно уложенных березовых бревнышек с неочищенной корой, помещенных в свою очередь на продольно уложенные длинные березовые бревна. Непосредственно под перекрытием расчищены остатки деревянного дощатого гроба в котором находился костяк человека, лежащий на спине, головой на ЗСЗ. Череп погребённого располагался на затылке, левая рука была согнута в локте и уложена кистью на пояс, правая нога была слегка подогнута в колене. Под левым плечом находился крупный фрагмент сырцового кирпича. Данное обстоятельство вероятно указывает на то, что первоначально погребенный был уложен с поворотом на правый бок.
При расчистке костяка, слева от черепа найдена бусина из сердолика, а под черепом обнаружены остатки ткани расшитой золотыми нитями. Ниже колена правой ноги, с внутренней стороны, обнаружено две глазчатых бусины, в районе щиколоток фрагмент тонкой ткани зеленого цвета, аналогичный ткани из погребения 2.
Погребения во втором помещении совершены по мусульманской традиции с элементами доисламских погребальных ритуалов, что вполне характерно для захоронений XIV-XVI вв. Черты ислама просматриваются в западной ориентировке, наличии деревянных гробов, незначительном присутствии погребального инвентаря, отсутствии следов жертвенной пищи и погребальной тризны, культа огня и других признаков. Пережитки традиционных верований фиксируются в положении головы умершего, наличии остатков одежды, украшений, бытовых предметов в виде небольшого ножа. Проявления элементов доисламских верований демонстрирует жертвенник из лошадиных голов и изображение рыбы на декоративном кирпиче. Об исключительно важной роли лошади в культовой деятельности местного населения можно судить по захоронениям предшествующего кимако-кыпчакского периода. В этот период у кочевников Прииртышья существует и культ рыбы свидетельством которого являются находки изображений рыб в погребениях конца I начала II тысячелетия. Изображение рыбы на кирпиче из Аулиеколя вполне может являться реминисценцией этого древнего культа, тем более что рыболовство по прежнему присутствует в хозяйственной деятельности. О чем можно судить по находкам костей рыбы в культурном слое.
Повсеместно в раскопе встречены фрагменты и целые экземпляры декоративной плитки некогда украшавшей стены сооружения. Орнамент на плитке выполнен в виде растительных побегов и геометрических фигур аналогичных орнаментам на средневековых мавзолеях Центральной Азии XIV-XV вв.
В 15 м к юго-востоку от раскопа №1 заложен раскоп №2 которым частично вскрыт котлован с остатками печи, являющийся частью производственного комплекса. Здесь найдены фрагменты керамики, кости животных, рыбы, фрагменты пряслиц, многочисленные сплески глазури и другие находки.
Керамика найденная на поверхности и в раскопах широко встречается на памятниках золотоордынского времени и представлена фрагментами красноглиняной посуды изготавливавшейся на гончарном круге и ручной лепкой. Орнаментация посуды состоит из горизонтальных волнистых и прямых линий прочерченных по сырой глине. Среди керамических находок вызывают интерес обломки сосудов-чигирей применявшихся в водоподъемных устройствах, фрагменты кувшиновидных сосудов и хумов.
В ходе шурфовок и зачисток других участков мыса на котором рас-положен памятник нами пока не выявлены остатки стационарных жилищ-усадеб, хотя находки в виде костей и керамики как в слое так и на поверхности встречаются повсеместно. Данное обстоятельство может указывать на сезонное функционирование поселения. Одним из аргументов в пользу данного предположения может являться топография Аулиеколя и обращение к историко-этнографическим данным о расселении и природопользовании казахов.
Традиционные зимние пастбища и стоянки-кыстау казахов северо-восточного Казахстана располагались в долине Иртыша и на левобережье в горах Калмак-Кырган, Кызылтау, Каракаралы и Баянтау. Крупнейшие летние пастбища-жайляу находились в долинах рек Селеты, Оленты и Шидерты.
Низовья рек Шидерты и Оленты где в летний период концентрировалась большая часть кочевого населения, в народе назывались Жайильма. Южная часть этого региона, в районе Аккольской системы озер, наиболее богатая пастбищами и источниками пресной воды Акколь Жайильма . В таком контексте расположение исследуемого памятника вблизи озера Аулиеколь, в центре Акколь Жайильмы, представляется не случайным, а обусловленным хозяйственной деятельностью средневекового населения жившего в близких к современным природно-климатическим условиям.
Следует отметить, что кроме Аулиеколя, в районе традиционных летних кочевий имеются и другие городища и культово-мемориальные памятники с кирпичной архитектурой XIV-XV вв. В 2003-2007 гг. в долине р. Селеты нами были обследованы остатки мавзолеев и городищ в урочищах Мортык, Байнияз, Кызылоба, а также на правобережье р. Шидерты в урочище Жантай. Некоторые из них упоминаются в публикациях А.Букейханова и А.Х. Маргулана . Остатки городища с руинами из обожженного кирпича имеются в верховьях Ишима, в горах Жаман-Нияз где некогда располагались летовки баянаульских казахов .
Погребения кочевой знати в мавзолее из раскопа №1, указывают на проживание на данной территории степной аристократии, уже принявшей ислам который в Улусе Джучи как известно обрел статус государственной религии в XIV в. Тогда же, широко распространяется и традиция возведения пышных маволеев-кумбезов из жженого кирпича на могилах особо выдающихся и почитаемых религиозных и государственных деятелей, вблизи улусных орд-ставок являвшихся средоточием политической, экономической и культурной жизни для кочевников Сарыарки .
Государственные центры средневекового населения степной зоны, в отличие от южных районов Казахстана зачастую не имели мощных крепостных сооружений и многих других атрибутов классического центрально азиатского города. Так как были приспособлены к особенностям хозяйственной деятельности, которая в северных, равнинных степях ограничивалась в основном летним периодом . Зимние ставки правителей, располагались в низкогорьях на юге степной зоны и городах Южного Казахстана. В качестве примера степной средневековой ставки-орды можно привести Улытау где в результате новейших исследований установлена взаимосвязь мавзолея Жошихан и расположенного рядом средневекового поселения отождествляемого с известным по письменным источникам городом Орда-Базар .
Таким образом, исследуемый объект предварительно можно рассматривать как летнюю ставку-орду, правителей средневекового улуса, в который входили кочевые племена Северо-Восточного Казахстана. Аналогии археологическим находкам указывают временные рамки его существования в пределах XIV-XV вв. Этнополитическая история Сарыарки в этот период связана с Ак-Ордой, ханством Абулхайра,
Казахской и Ногайской ордами в рамках которых формировались культура и этнос средневековых казахов.
Археологические памятники этой эпохи изучены пока еще недостаточно. На востоке страны, до недавнего времени, было исследовано лишь несколько курганных могильников, остатки памятников с кирпичной архитектурой вообще оставались не изученными.
Дальнейшее исследование памятника на озере Аулиеколь актуально для изучения средневековой истории и культуры Казахстана, а также, последующей музеефикации, поскольку некрополь, где имеются относительно хорошо сохранившиеся руины мавзолеев в настоящее время по степени сохранности не имеет аналогов в Северо-Восточном Казахстане.
Щербина Ф. Объяснительная записка к данным об излишних землях, находящихся в пользовании киргиз Павлодарского уезда // Павлодарский уезд. Воронеж, 1903. С. 5-27.
БукейхановА. Список обам на реке Слеты Коржункульской волости Акмолинского уезда // Записки Семипалатинского подотдела Западно-Сибирского отдела ИРГО. Семипалатинск, 1907; Маргулан А.Х. Остатки оседлых поселений в Центральном Казахстане //Археологические памятники Казахстана,- Алма-Ата, 1978. С. 18-19.
Коншин Н. О памятниках старины в Семипалатинской области//3аписки Семиполатинского п/о Зап. Сиб. отделения Русского географического общества, вып. 1. Семипалатинск, 1903. С. 11; Археологическая карта Казахстана. Алма-Ата, 1960. №11 77, с. 92.
Юдин В.П. Орды: Белая, Синяя, Золотая...// Чингиз-наме. Алма-Ата, 1992. С. 22.
Хозяйство казахов на рубеже XIX-XX вв.: материалы к историко-географическому атласу. Алма-Ата, 1 980. С. 65-67.
Ж. Егинбайулы Археологические исследования комплекса Жоши-хана // Отан тарихы, 2002, №2. С. 90-105.
Арсланова Ф.Х. Средневековый могильник из Прииртышья//Сборник Министерства высшего и среднего специального образования Казахской ССР:История, философия, экономика. Алма-Ата, 1 963; Арсланова Ф.Х. Памятники Павлодарского Прииртышья (VII-XII вв.) // Новое в археологии Казахстана. Алма-Ата, 1968; Кадырбаев М.К., Бурнашева Р.З. Погребение кыпчака первой половины XIV в. из могильника Тасмола // По следам древних культур Казахстана. Алма-Ата, 1970; Мерц В.К., Тишкин А.А. Погребение монгольского времени на берегу р. Шидерты в Казахстане // Сохранение и изучение культурного наследия Алтая. Барнаул,2000. Вып.ХІ. С. 238-242.