Кулан, город

Расположен в 100 км к востоку от г. Тараза (район им. Т. Рыскулова, Жамбылская обл.).

Памятник известен в письменных источниках, относящихся к первой половине VIII в. В маршрутнике китайского паломника Сюань Цзяня и в истории династии Тан он упомянут под названием «Цзюй-лань». В VIII–Х вв. о Кулане сообщают арабские авторы, описывающие города, расположенные на трассе Великого Шелкового пути. Географы Ибн Хордадбех и Кудама помещают Кулан в четырнадцати фарсахах западнее Тараза. Вот что говорит Кудама: «... песок между Таразом и Куланом с северной стороны, а за ним пустыня из песка и гальки, а в ней – ехидны, (она тянется) до границы кимаков». Арабский географ X в. ал-Макдиси характеризует Кулан как «укрепленный город», который «уже опустел. Он на большой таразской дороге». Автор географического словаря Якут, составивший свой труд в 20-х гг. XIII в., отмечает: «Кулан – приятный городок на границе страны тюрков, со стороны Мавераннахра».

С Куланом связан ряд известных исторических событий: здесь в 740 г. был убит тюргешским князем Курсулем последний западно-тюркский каган Ашина Сынь, а в 840 г. до Кулана доходили арабские войска.

Поиски развалин этого города облегчались тем, что по источникам он находился между двумя средневековыми городами, местоположение которых хорошо известно. На западе от Кулана в четырнадцати фарсахах располагался Тараз, локализованный на месте городища в центре нынешнего г. Тараза; на востоке на расстоянии четырех фарсахов лежал город Мирки, сохранивший свое название до сих пор. Поэтому отождествление Кулана с развалинами вблизи села Лугового, предложенное в свое время В.В. Бартольдом, не вызывает сомнения. Полученные археологами сведения позволяют предположить, что городище Луговое существовало во ІІ – начале ХІІІ в.

На территории городища, окруженной длинными стенами, расположились десятки холмов, являющихся остатками замков и усадеб. Несколько из этих бугров раскопаны. Один из них, названный Луговое А, по форме напоминал усеченную пирамиду высотой 5 м с размерами в основании 30×40 м. Археологическими раскопками полностью раскрыто центральное сооружение, имевшее, как выяснилось, «гребенчатую» планировку, характерную для раннесредневековых замков Средней Азии и Казахстана. Замок состоял из семи помещений. Архитектура и техника строительства замка были характерны для Средней Азии и Казахстана VI–VIII вв.

Интересными оказались раскопки еще одного холма – Луговое Г, расположенного в 1,5 км юго-восточнее центральных развалин. Удалось установить, что здесь находилась жилая постройка центрического плана. Помещения группировались вокруг квадратного двора, вход в который был возможен через коридор. Выделены два строительных периода: VII– VIII в. и IX–XII вв.

Особый интерес представляет резной штук, который украшал стены центрального зала и входной коридор. Найдены также терракотовые фигурки людей, птиц, головки знатных особ.

Подобные дворцы и дома в Жетысу пришли на смену замкам типа Луговое А, характерным для раннего средневековья, времени военных столкновений, смут и распрей. В то время, по словам современников, «жители разных племен живут смешанно в городах и часто воюют... Вообще же землепашцы носят щиты и шлемы, берут друг друга в плен и обращают в рабство». Теперь же предпочитали не мрачный замок с узкими коридообразными помещениями, угрюмо смотрящий на мир глазницами бойниц, а легкий удобный дом в пригороде, окруженный садом и виноградником, орошенным проточной водой. Постройка такого дома, к которому более всего применим арабский термин «каср» (павильон, небольшой дворец), была мечтой всякого зажиточного человека, своего рода символом богатства и престижного положения в обществе.

Ал-Истахри, географ XII в., писал об этом: «Не найдешь ты среди них (жителей северных районов Средней Азии) владельца имения, стремлением которого не была бы постройка обширного касра и помещения для гостей». Как отмечают исследователи, каср не являлся постройкой, связанной с сословным положением хозяина: это был дом, владельцем которого мог стать любой состоятельный человек –феодал, чиновник, купец, богатый ремесленник, правитель города.

Постройка Луговое Г, по мнению исследователей, являлись загородным дворцомправителя Кулана. Сам же дворец расположен на цитадели городища. Начаты его раскопки, вскрыты шесть помещений, три – полностью. В одном из парадных замков стены сохранились на высоту почти до 3 м. Стены сложены из сырцового кирпича размером 18×20×10 см. Толщина слоя штукатурки 4 см.

Орнаментальные полосы резного штука заполнены медальонными композициями розетками с изображением солнца. Они, скорее всего, выражали идею благословения, оберега и пожелания. Всего зафиксированы 32 розетки. Полосы розеток дополнены цветочными бутонами, листьями и гроздьями винограда, зубчатыми мерлонами. В помещении № 2 на стенах были вырезаны граффити поверх несохранившихся росписей. На юго-западной стене изображены правитель и правительница, воин и семь антропоморфных персонажей. На северо-восточной стене изображены два человека и птица. Еще одно помещение дворцового комплекса было купольным, при этом купол опирался на арочные тромпы, находившиеся в углах квадратного в плане помещения.

Кулан на протяжении всего средневековья выступает не только как крупный административный и торгово-ремесленный центр, но и как центр духовной сакральности. Об этом свидетельствуют помещения с алтарями огня в дворцовом комплексе цитадели и мечеть, которая функционировала в городе, судя по сообщениям ал-Макдиси, в X в.

Источники

Акылбек С.Ш., Смагулов Е.А., Яценко С.А. Декоративное убранство резиденции тюркских правителей VIII в. в цитадели г. Кулана // Культурное наследие Евразии. – Алматы: Институт археологии им. А.Х. Маргулана, 2016. – С. 29–66.

Байпаков К.М. Урбанизация Казахстана в эпоху бронзы – раннем средневековье // Древняя и средневековая урбанизация Казахстана (по материалам исследований ЮККАЭ). – Алматы: Институт археологии им. А.Х. Маргулана, 2012. – Кн. 1. – 392 с. – С. 235, 255–270.

Байпаков К.М. Урбанизация Казахстана в IX – начале XIII в. // Древняя и средневековая урбанизация Казахстана (по материалам исследований ЮККАЭ). – Алматы: Институт археологии, 2013. – Кн. II. – 512 с. – С. 47–48.

Байпаков К.М., Капекова Г.А., Воякин Д.А., Марьяшев А.Н. Сокровища древнего и средневекового Тараза и Жамбылской области. – Тараз: Археологическая экспертиза, 2011. – 320 с. ‑ С. 472–490.

Байпаков К.М., Терновая Г.А. Резная глина Жетысу. – Алматы: Изд. дом Credo, 2004. – 194 с. – С. 19–33, 115–155.

Волин С.Л. Сведения арабских источников IX–XVI вв. о долине р. Талас и смежных районах: новые материалы по древней и средневековой истории Казахстана // ТИИАЭ. – 1960. – Т. 8.