Бестамак, могильник

Находится в северной части Тургайского прогиба у самого истока реки Убаган, правого притока Тобола (Аулиекольский р-н, Костанайская область). Могильник грунтовый, расположен у одноименного поселения, исследовавшегося на протяжении нескольких полевых сезонов экспедицией Кустанайского пединститута под руководством В.Н. Логвина (1980–1983) и Тургайской археологической экспедицией под руководством А.В. Логвина (2002).

Исследования на Бестамаке проводились Тургайской археологической экспедицией под руководством В.Н. Логвина, С.С. Калиевой, А.В. Логвина, И.В. Шевниной в течение 11 полевых сезонов. За весь период раскопок вскрыто более 9 000 м2, изучено 183 могильные ямы и ритуальных сооружения. Могильник у поселения Бестамак – первый и пока единственный памятник на территории Казахстана, материалы которого датируются от энеолита до эпохи средневековья включительно. Большая часть погребений и жертвенников некрополя относится ко II тыс. до н.э., то есть к эпохе бронзы.

Энеолитические погребения. Погребения эпохи энеолита немногочисленны (12), но ввиду того что подобные погребения очень редки на территории Казахстана, они представляют большой научный интерес. Могильные ямы сооружались подпрямоугольной, овальной или округлой формы. Умерших соплеменников хоронили вытянуто на спине или в положении «сидя». Тело покойного обильно посыпали охрой. Среди находок обнаружены каменные наконечники стрел, ножи, скребки, пластины, проколки и поделка в виде «сапожка». Украшения представлены подвесками из костей животных, камня и ракушки, а также бусинами из янтаря.

Погребения эпохи бронзы (II тыс. до н.э.). Более 70% могил Бестамака относится к синташтинской эпохе. Вокруг некоторых погребений были зафиксированы рвы. Среди погребений преобладают одиночные, довольно много парных захоронений и одно совместное, где покоились три индивидуума. В основномэто захоронения взрослых людей. Одиночные погребения мужчин и женщин не отличаются друг от друга. Во всех парных разнополых погребениях женщины покоятся на правом боку, лицом к мужчине. Характерной особенностью могильника Бестамак является значительная затрата труда и времени членами общины на совершение погребального обряда. Это отражают большие размеры могильных ям (до 4 м в длину, 3,5 м в ширину и 3,35 м в глубину), значительное количество жертвенных животных, богатый сопроводительный инвентарь. Для обкладки стен погребальных камер и сооружения перекрытий использовалось дерево. В могилах представлены жертвенные животные. У ног погребенного часто отмечены череп и кости конечностей овцы, теленка, барана, собаки. В большинстве могил найдены целые костяки лошадей, обычно они помещались на перекрытии погребальной камеры. Большинство усопших укладывали на дно погребальной камеры в слабо скорченном положении на левом боку, обычно головой на запад или северо- запад. В могилу у головы погребенного, а иногда и в ногах обязательно помещали сосуды. Нередко в сосудах обнаруживали иглы, ножи и др. Костяные псалии размещали в ногах или за спиной погребенного, топоры и ножи иногда были найдены на кистях рук.

Судя по всему, стратификация в бестамакской общине синташтинского времени зашла уже достаточно далеко. Это следует хотя бы из того, что мы имеем дело с большим разнообразием погребений. Например, погребенные в могиле № 5, явно на каком-то этапе существования оставившей Бестамакский могильник общины, играли ведущую роль в ней и, видимо, занимали высшую ступень в социальной иерархии (или имели право на это). Здесь обнаружены останки трех лошадей, расположенные вдоль трех стен камеры в положении стоя (у одной лошади задние конечности были отчленены от бедренных костей и поставлены перед передними). В погребении было совершено парное захоронение мужчины и женщины. Мужчина погребен на левом, а женщина – на правом боку. В изголовье размещено восемь сосудов. Смерть мужчины наступила в возрасте 18–22 лет. Кисть его правой руки прикрывает кисть левой руки женщины. Рядом с левой рукой найдена прекрасно выполненная каменная крестовидная булава, а у основания кисти этой же руки – большая плоская бляшка. В областишеи находились пастовые бусины, бронзовыйпроводительного комплекса женщины представлены предметами вооружения и орудиями труда (топор-тесло, 10 кремневых наконечников стрел, нож и др.), а также многочисленными украшениями, выполненными из металла, в том числе благородного, из кости и полудрагоценных камней (бирюза, халцедон). Среди них: браслет, подвеска в 1,5 оборота, ожерелье, накосник, низка бронзовых бусин, которой, очевидно, могли быть декорированы кожаные сапожки.

Другим неординарным погребением является захоронение мужчины в яме № 140. Погребение окольцовано рвом диаметром 17 м. Яма имела деревянное перекрытие, на котором были помещены две лошади, ориентированные головами на запад. Лошади были уложены вдоль северной и южной стенки. В прямоугольной могиле, где стенки были также облицованы деревом, погребен мужчина 35–40 лет. Он находился на левом боку, головой на запад. Предметом, подчеркивающим элитный статус погребенного, является булава. Она выполнена из известняка. В погребении выявлено большое количество находок из бронзы. Среди них: топор-тесло, втульчатое долото, вислообушный втульчатый топор, серп, бусины, крюк, скрепка, долотовидное орудие. Предварительный анализ бронзовых предметов демонстрирует бережное к ним отношение. Часто они имеют остатки рукояток, оплеток, чехлов. Изделия из керамики представлены четырьмя сосудами. Внешняя поверхность наименьшего сосудика была покрашена охрой, на шейке зафиксирована низка пастовых бус. Присутствовали предметы, выполненные из камня и кости.

Более всего впечатляет тот факт, что в заполнении могилы на определенной глубине, примерно 20 см, найдено 26 предметов из камня, бронзы, глины, кости. Это наконечники стрел (каменные), долотовидные орудия, проколки, скрепка, игла, серп, нож, ажурная бляшка-подвеска, шар из железистого материала, два кусочка азурита, астрагал с просверленным отверстием, а также фрагменты керамики, из которых реконструированы сосуд и округлое «блюдо» с просверленными отверстиями. Кроме того, в могиле зафиксированы два пятна, возможно, остатки колес повозки (боевой колесницы?). Видимо, эти многочисленные предметы оказались в могиле во время проведения сложного погребально-поминального ритуала. На вопрос, какую выполнял роль в обществе погребенный, археологу сложно ответить. Однако предметы материальной культуры, дошедшие до нас в виде молчаливых свидетелей древних эпох, позволяют предположить о том, что данный обряд – показатель далеко не простого статуса погребенного.

Погребения алакульской и федоровской культур. Погребения алакульской и федоровской культур составляют самую малочисленную группу захоронений некрополя и, к сожалению, сильно нарушены. Среди инвентаря зафиксированы лишь орнаментированные керамические сосуды.

Погребения финальной бронзы (конец II тыс. до н.э.). При исследовании погребений финальной бронзы были зафиксированы два способа обращения с умершим – кремация и ингумация. Погребальный инвентарь скуден, представлен в основном керамическими сосудами и кремневыми наконечниками. Сосуды плоскодонные, орнаментированные. Почти все имеют на шейке сосуда орнаментированный валик. По обряду и инвентарю данные погребения отнесены к саргаринско-алексеевской культуре.

Погребения раннего железного века (I тыс. до н.э.). Эпоха раннего железного века на могильнике представлена погребениями сарматской культуры, характерной чертой которых является ярко выраженный воинский инвентарь: железные мечи, колчаны с бронзовыми стрелами.

Средневековые погребения безинвентарны и однотипны. Умерших укладывали на спину, в вытянутом положении, в узкие овальные ямы, иногда погребенных сверху забрасывали ветками. Головой погребенные ориентированы на ССЗ и З.

Исследование некрополя Бестамак показало, что он функционировал в течение большого отрезка времени – от энеолита до эпохи средневековья, что дает нам уникальную возможность изучить особенности погребального обряда разных археологических периодов на конкретной территории. Полученный материал ярко свидетельствует о том, что на протяжении длительного времени, насчитывающего не одно тысячелетие (энеолит – средневековье), эта территория стойко ассоциировалась обитавшим здесь населением как сакральное место, святилище.

Памятник археологии. Объект туризма.

Источники

Калиева С.С., Колбин Г.В., Логвин В.Н. Могильник у поселения Бестамак // Маргулановские чтения: тез. докл. – Петропавловск, 1992. – С. 41–42.

Калиева С.С., Логвин В.Н. Могильник у поселения Бестамак (предварительное сообщение) // ВААЭ. – 2008. – № 9. – С. 32–58.

Логвин А., Шевнина И. О реконструкции погребения сарматского времени (по материалам могильника Бестамак) // Номады казахских степей: этносоцио-культурные процессы и контакты в Евразии скифо- сакской эпохи. – Астана: Президентский центр культуры РК, 2008. – С. 249–254.

Логвин А.В., Шевнина И.В. Погребения каменного века могильника Бестамак // Проблемы изучения культур раннего бронзового века степной зоны Восточной Европы: сб. научн. ст. – Оренбург, 2009. – С. 142–151.

Логвин А.В. Шевнина И.В. Погребения финальной бронзы некрополя Бестамак // Археология и история Сарыарки: сб. научн. ст., посвящ. 70-летию В.В. Евдокимова. – Караганда, 2012. – С. 146–158.

Логвин А.В., Шевнина И.В., Колбина А.В., Нетета А.В. Сарматские материалы на могильнике Бестамак // Нижневолжский археологический вестник. – 2008. – Вып. 9. – С. 155–169.

Сеитов А. М. Сарматские памятники Торгайской степи // Археология Казахстана в эпоху независимости: итоги, перспективы: матер. Междунар. научн. конф., посвящ. 20-летию независимости РК и 20-летию Института археологии им. А.Х. Маргулана. – Алматы: Институт археологии им. А.Х. Маргулана, 2011. – С. 134–144.

Сеитов А. М. Археологические материалы Тоболо-Ишимских (торгайских) степей в контексте миграционных процессов Евразии в последние века до н.э. – первые века н.э. // Новая методология казахстанской исторической науки: поиски и обретения: сб. докл. Республ. научн.-практич. конф. – Костанай: Костанайский областной историко-краеведческий музей, 2014. – С. 49–58.

Шевнина И.В. Научные изыскания Костанайской археологической лаборатории // Официальный сайт: National digital history. URL: http://e-history.kz/ru/ contents/view/1665. Дата обращения: 30.11.2017.

Logvin A., Ševnina I. Die nekropole von Bestamak // Unbekannes Kasachstan Archaologieim Herzen Asiens. – Bochum, 2013 – Р. 231–244.