Продолжение исследований в центральной части поселения Кент

В 2006-2007 гг. на поселении Кент раскопки проводились в центральной части памятника. Раскопом площадью 261 кв.м вскрыты два жилища. Жилище №1 - раннее и содержит керамику саргаринско-алексеевского типа. На месте этого жилища позднее было построено жилище №2 с керамикой донгальского типа. В раскопе найдены бронзовый кинжал-копье, 7 бронзовых наконечников стрел, украшения из бронзы и рога, костяные и каменные орудия труда. Материалы относятся к позднему этапу бегазы-дандыбаевской культуры.

В полевом сезоне 2007 г. были возобновлены работы в раскопе 11, размеченном почти в середине правобережной части поселения Кент . Площадь раскопа была расширена и составила 261 кв.м. Культурный слой выбран на всю глубину до материка. Материк представляет собою крупный речной песок со щебнем. Глубина раскопа от 0,4-0,5 м за пределами жилищного котлована до 1,3 м внутри него. В раскопе на уровне материка были зафиксированы незамкнутые очертания двух жилищ - №1 и №2, вытянутых по линии СЗ-ЮВ. Прослежены северо-восточная и, частично, северо-западная стенки постройки № 1. Юго-западная стенка разрушена более поздней постройкой (N22), а юго-восточная осталась за пределами раскопа. Длина северо-восточной стенки котлована постройки №2 от южной границы раскопа до северо-западной стенки - 14,5 м. Сохранившаяся часть северо-западной стенки имела обкладку из небольших плит гранита, уложенных на дно котлована. Ширина каменной кладки - 25-30 см. Вероятно, она служила для предотвращения осыпания грунта. Глубина котлована - до 0,5 м от уровня материка и около 1 м от дневной поверхности.

Жилище №2 было построено позднее и, как уже было отмечено, прорезало более раннюю постройку №1. При ширине, в среднем, около 5 м, оно имело глубину 0,7-0,8 м от уровня материка и около 0,9 м от древней поверхности. Торцевая, северо-западная стенка осталась вне раскопа, не смотря на прирезку новых квадратов. В юго-восточной части жилища, в его продольной стенке, раскопом охвачен фрагмент входа. Он был направлен на юго-запад и пандусом поднимался от пола наружу.

На полу жилища N22 вдоль юго-западной, продольной, стенки сохранились крупные куски древесного угля. Обугленное дерево встречалось и в центре постройки. Судя по отсутствию крупных и целых изделий и предметов на полу постройки №2, жилище было организованно покинуто обитателями. Возгорание случилось через какое- то время после ухода его жителей.

На полах жилищ № 1 и №2 отмечены столбовые ямы и углубления хозяйственного назначения.

Коллекция находок 2006 и 2007 гг. (керамика, целые или фрагментированные изделия из кости, рога, камня, бронзы) включает 2757 единиц, не считая костей животных. Среднее количество керамики и артефактов на 1 кв. м - 10,6. В раскопе 11 за два года работ в Кенте найдены бронзовые кинжал-копье, 7 втульчатых наконечников стрел, круглые бляшки, гвоздики, трубка, два шила, отливка-заготовка из пяти бляшек, всего 40 бронз, в том числе изделия, фрагменты, кусочки металла.

В раскопе 11 на 1 кв. м приходится 0,15 бронзовых предметов. В связи с этим уместно сравнить количество бронз на 1 кв. м на поселении Саргары, археологически синхронном и близком по культурной принадлежности Кенту. «На поселении Саргары на площади 6500 кв. м обнаружено только около 40 бронзовых изделий, включая капли и сплески...» . Т.е., на Кенте в одном раскопе площадью 261 м кв. найдено столько же бронзовых предметов, сколько на всем поселении Саргары. Средняя плотность бронзовых находок на Саргарах - 0,006 единиц на 1 кв. м. В пересчете на единицу площади в Кенте (раскоп 11) бронзы встречаются в 25 (!) раз чаще, чем в Саргарах.

На основании саргаринских материалов делается вывод о кризисе металл производства в конце бронзовой эпохи. Результаты работ на Кенте опровергают этот вывод, становящийся стереотипным, и свидетельствуют скорее о дифференциации населения бегазы-дандыбаевской культуры по социально-имущественному показателю. Существовали очень богатые и влиятельные кланы, контролировавшие или даже монополизировавшие производство и распределение металла, и общины, имевшие ограниченный доступ к источникам металла. К первым следует относить коллективы, оставившие памятники с погребениями мавзолейного типа (Дандыбай, Бегазы, Бугулы 3, Айбас-Дарасы, Сангру 1, Сангру 3 и др .) и поселения кентского типа (Кент , Мыржик , Шортанды-Булак, Бугулы и др.). К категории рядового населения, не отличавшегося обилием металлического инвентаря, принадлежали группы населения, оставившие могильники Айдарлы, Жукей, Актопрак ; поселения Улытау, Саргары, Копа 1, Усть-Кенетай и др.

Изделия из кости и рога (122 единицы), найденные в раскопе 11, представлены резными диском и бляшками, пуговицами, застежкой, гвоздиками, орудиями типа тупика и «коньков», заготовками изделий.

Каменные орудия (86 единиц) также многочисленны: песты, зернотёрки, мездрильные диски, оселки, лощила. Найдены керамические и каменные яйцевидные предметы, которые предварительно определяются как пращевые ядра. Одно из таких ядер изготовлено из кристалла горного хрусталя. В раскопе встречались также куски слюды, гипса, гематита, охры, азурита.

В коллекции имеется также б керамических изделий - пряслица и яйцевидные предметы.

Керамический комплекс из раскопа 11 насчитывает 2498 фрагментов. В настоящее время ведется статистическая обработка керамической коллекции. Но уже ясно, что по остаткам шеек сосудов, орнаменту, толщине стенок, особенностям обработки поверхностей и другим признакам выделяется три группы сосудов.

Подавляющее большинство фрагментов принадлежит к группе посуды саргаринско-алексеевского типа (группа 1). В свою очередь в ней выделена керамика собственно саргаринско-алексеевская и керамика донгальского типа. Причем донгальская керамика происходит, преимущественно, из жилища №2.

Группа 2. Керамика южного происхождения, изготовленная на гончарном круге или же слепленная вручную, но доработанная на круге. К этой же группе отнесена керамика, широко представленная в могильнике Тагискен, - лощеные сосуды с узким валиком на шейке. В этой группе насчитывается около трех десятков фрагментов.

Группа 3. Керамика андроноидного облика, имеющая аналогии в памятниках ирменской и других культур Западной Сибири, около 1 00 фрагментов.

Группы керамики 2 и 3 представляют суперстратный комплекс, отражающий направление связей обитателей Кента. Симптоматично, что культуры, которым соответствуют керамические импорты, хронологически очень поздние, что указывает и на поздний возраст донгальских комплексов.

Корреляция артефактов и керамики позволяет расширить предметную сферу, связанную с донгальскими комплексами. Ведь до сих пор известно очень немного изделий донгальского этапа. Продолжение раскопок на Кенте даст возможность более четко представлять содержание комплексов финальной бронзы Казахстана.

Варфоломеев В.В. Раскопки в центральной части Кента // Отчет об археологических исследованиях по Государственной программе «Культурное наследие» в 2006 году. Алматы, 2007. С. 154,155.

Зданович Г.Б. Бронзовый век Урало-Казахстанских степей. Свердловск. 1988, с. 151. Там же, стр. 151.

Грязнов М.П. Памятники карасукского этапа в Центральном Казахстане // СА, 1952,№XVI. Маргулан А.Х. Бегазы-дандыбаевская культура Центрального Казахстана. Алма-Ата, 1979.

Варфоломеев В.В. Кент и его округа (некоторые итоги социокультурного анализа памятников Восточной Сарыарки) //Степная цивилизация Восточной Евразии. Т.1. Астана, 2003, с.88-99.

Кадырбаев М.К., Курманкулов Ж. Древняя культура скотоводов и металлургов.

Маргулан А.Х. Указ соч.

Маргулан А.Х., Акишев М.К., Кадырбаев М.К., Оразбаев А.М. Древняя культура Центрального Казахстана. Алма-Ата, 1 966, с. 183-1 86.

Мартынюк, Зданович С.Я. Погаебальные памятники позднего бронзового века в Кокчетавской области // Энеолит и бронзовый век Урало-Иртышского междуречья. Челябинск 1985.

Ткачев А.А. Новые погребальные памятники поздней бронзы - средневековья Сары-Арки // Вопросы археологии Центрального и Северного Казахстана. Караганда, 1989.

Маргулан А.Х., Акишев М.К., Кадырбаев М.К., Оразбаев А.М. Указ соч.

Зданович ГБ. Указ соч. С. 149-151.

Евдокимов В.В., Ломан В.Г Поселение Копа 1 // Вопросы археологии и этнографии Центрального Казахстана. Караганда, 1982.

Евдокимов В.В. Поселение эпохи бронзы Усть-Кенетай // Вопросы археологии и этнографии Центрального Казахстана. Караганда, 1982.