Археологические исследования на некрополе Берел в 2005 году

Некрополь сакского времени Берел, получивший всемирную известность благодаря найденным там захоронениям представителей кочевой элиты и высокохудожественным изделиям, выполненным в скифо-сибирском зверином стиле, находится у одноименного села Катонкарагайского района Восточно-Казахстанской области.

Могильник образован четырьмя параллельными цепочками курганов различной величины, вытянутыми в направлении северо-запад - юго-восток, и группами отдельных погребально-поминальных сооружений. К настоящему времени в некрополе исследовано 15 из 70 курганов эпохи ранних кочевников и древнетюркского периода.

Дата сооружения самых ранних курганов - V-IV вв. до н.э., т.е. 2500-2300 лет назад, а самые поздние - к древнетюрскому времени - VII-VIII вв. н.э., т.е. примерно, 1200-1300 лет назад.

Исследование этих объектов показало, что древние жители Берельской степи владели секретами бальзамирования, а их знания в области строительства каменных конструкций были направлены на создание вечной мерзлоты в погребении, благодаря которой здесь сохранились останки лошадей, образцы одежды, утвари, орудий труда, т.е. изделия из органических материалов, которые, как правило, не сохраняются в обычных условиях. Уникальная сохранность материала позволила провести комплексные исследования с применением методов естественных наук, в том числе молекулярно-генетические, палинологические и др., имеющие большую информативную емкость.

Наличие на могильнике Берел нескольких крупных курганов-доминантов, цепочек и другие признаки позволяют предположить, что здесь существовал один из этнополитических и культурных центров древних номадов. Предположительно, их можно отождествить с племенами, названными Геродотом как «стерегущие золото грифы», «аримаспы», которые похищали у них золото, лысые «аргиппеи», исседоны.

Новым в исследовании материалов Казахского Алтая является применение современной методики полевых работ с изъятием блоков из погребальной камеры и дальнейшим их исследованием в лабораторных условиях.

Могильник Берел, площадью 4000х1000 м2, насчитывает на сегодняшний день около 70 погребальных и погребально-поминальных объектов, главным образом, каменных курганов и оград.

В отчетный период проводилась научная обработка полевого археологического материала, полученного в 2004 году по объектам № 4, 4а, 71, 23.

Объекты № 4 и 71 отнесены к пазырыкской культуре ранних кочевников Алтая, на основе особенностей наземной и внутримогильной конструкций и погребального инвентаря памятник датирован IV-III вв. до н.э. Памятники этой культуры распространены на территории Алтая. В раннекочевнических курганах Казахского Алтая отмечены конструктивные особенности, выделяющие их на фоне сопредельных районов Алтая: крепида из вертикально установленных плит одинакового размера, околомогильная ограда, надмогильная выкладка. Имея в целом сходную конструкцию, тем не менее, каждое сооружение имеет свои особенные отличительные особенности, свидетельствующие об индивидуальном подходе к каждому погребально-поминальному сооружению, обусловленные, видимо, социальной, половозрастной принадлежностью умершего.

Прослеживается, в целом, характерный для сакских племен Алтайского региона обряд погребения, обладающий рядом признаков: сооружение многослойной каменной наземной конструкции, устройство погребальной камеры с погребением человека в южной ее части и лошадей в северной части, изготовление для человека сруба с колодой или рамы с погребальным ложем, покрытие сверху погребений слоями березовой коры, ориентация головой на восток. Примечательным элементом наземных конструкций представляется их вытянуто-овальная в плане форма, вытянутая длинной осью по линии северо-восток - юго-запад. Интересным фактом является сооружение некоторых курганов впритык друг к другу в одной цепочке, что, обусловлено, вероятно, принадлежностью умерших к одной родственной группе.

В 2005 году закончены археологические раскопки кургана № 10. Его параметры составляют: диаметр 32х25 м, высота 2 м.

Конструкция наземного сооружения, в общем, сходна с ранее исследованными курганами: в основе его лежит платформа из крупных плит, уложенных «чешуей», с напуском друг на друга, с наклоном к периферии кургана (4 слоя). Уложенные таким образом плиты удерживали всю наземную часть от расползания. Над платформой в горизонтальном положении были уложены более мелкие плиты кургана в целом в горизонтальном положении. Панцирь - наброска из мелких плиток и галечника - покрывал всю поверхность кургана. По периметру кургана располагалась крепида - вертикально установленные крупные плиты и блоки в 4-5 рядов. Местами вторым слоем на них установлены крупные блоки, кубической формы камни. Заполнение между плитами крепиды составляли галечник и мелкие плитки. Ширина крепиды - около двух метров. На некоторых участках в основании камней крепиды располагаются горизонтально уложенные плиты (т.е. уложены под плитами крепиды). Внешний ряд плит крепиды, так называемые «лепестки», находятся в наклонном от центра кургана положении. Вся крепида, как и курган, были обсыпаны галечником и мелкими плитами. Сами крупные плиты крепиды были, видимо, вкопаны в погребенную почву; они, особенно внешний ряд, были подобраны по размеру.

В основании кургана проявляются крупные плиты и блоки, лежащие по линии окружности кургана, они выделяются тем, что вытянуты длинной осью не радиально, а по периметру кургана. Всего таких кругов не менее трех. Они, видимо, являются дополнительными конструктивными элементами, усиливающими и укрепляющими наземное сооружение. Над ними в два-три слоя лежат аккуратно крупные плиты и блоки и еще 2-3 слоя более мелких плит основной насыпи. Таким образом, образовывалась как бы стенка. Таких стенок по линии периметра кургана было несколько. Ближайшая такая стенка вокруг могильной ямы была упором для надмогильного купола, который прослеживается в большинстве курганов ранних кочевников некрополя Берел. Здесь он не прослежен, видимо, из-за того, что был разрушен при сооружении более позднего (древнетюркского) впускного погребения.

Впускное погребение было выявлено в каменном ящике, ориентированном углами по странам света, дно его вымощено плитками, уложенными длинной осью по ширине ящика. На дне ящика выявлены костные останки (фрагменты черепа человека), пряслице из гешира, височные украшения, железная шпилька. За юго-западной стенкой ящика находились кости лошади, при разборке насыпи кургана рядом (с северо-западной стороны) были найдены железные удила с псалием (прямоугольные окончания).

Могильная яма основного погребения четко выделялась по заполнению; в ней отмечены крупные тонкие плиты (длинной 1-1,80 м), сосредоточенные в юго-западной части погребальной камеры. Грабительский лаз шел сверху до дна ямы, был заполнен небольшими плитками, костями лошади, обрывками ткани и шерсти, отдельными предметами от украшения сбруи лошади.

На дне ямы, на глубине 3,35 м вдоль юго-восточной стенки находился сруб, за его северо-западной продольной стенкой - захоронение лошадей. Все перекрыто слоем веточек Курильского чая поверх полотнищ бересты, уложенных тыльной стороной вверх в среднем в 7 слоев. Полотна бересты, достигающие 2 м в длину, уложены таким образом, что нижний слой загнут по краю ямы и по стенке сруба вверх, отделяя лошадей и несколько загибаясь поверх них.

В погребальной камере, вдоль ее юго-восточной стенки, стоял двухвенцовый сруб, перекрытый крышей из досок. Его продольные стенки выше поперечных, углубленных материк. Техника углового сопряжения стенок сруба - в замок с остатком, в продольных брусьях прослежена прямоугольная выемка на 2/3 ширины бруса. Внутри сруба находилась колода, выдолбленная из цельного ствола лиственницы с проушинами на концах и железными гвоздями в крышке сруба. В углу сруба рядом с колодой выявлены разрушенный керамический сосуд, остатки прямоугольного деревянного столика на резных ножках, на котором, видимо, находились кусок мяса (хвостовые позвонки барана) с железным ножом. Дно сруба выложено крупными плитами, уложенными длинной осью по ширине сруба. С торцов и вдоль продольной стенки колоды, которая не упиралась в стенку сруба, были подложены дополнительно маленькие плитки для устойчивости колоды.

За стенкой сруба находилось захоронение десяти лошадей, уложенных на живот с подогнутыми под живот ногами, в лобной части - отверстия от удара чеканом; головой на северо-восток. Все лошади были взнузданы и оседланы. Они были уложены в три ряда; в первом - четыре лошади, уложенные попарно; для того, чтобы головы были приподняты - под шеи поставлены вертикально плиты, под головы также подложены на дно плиты. Эти лошади были положены первыми, за ними - еще два ряда лошадей - по три в каждом, головы задних лошадей лежали на крупах передних. Первая лошадь, голова которой загибалась за северный угол сруба, была увенчана рогами горного козла, выполненными из дерева. Седельные покрытия лошадей были украшены аппликацией. Наиболее четко прослеживается рисунок на седле одной из задних лошадей: на нем изображены восемь сфинксов - существ с пятнистым туловищем кошачьего хищника (барса?), человеческим лицом, рогами горного козла и крыльями. Передняя половина сфинксов была синего цвета, задняя - красного. У двух остальных лошадей заднего ряда на боку были подвешены щиты из прутиков. Основной мотив украшений лошадей последнего ряда - стилизованные орлиные грифоны на псалиях, имитация кабаньих клыков из дерева - на ремнях оголовья и сбруи. Лошади второго ряда имели украшения в виде рыб и стилизованно орнамента.

Украшения лошадей первого ряда - изображения архаров и стилизованного изображения орлиного грифона. Седло одной из лошадей имеет красную окраску, на нем просматривается аппликация, мотив которой пока определить не удалось. На седлах имеются седельные подвески. Луки седел двух лошадей украшены ажурными накладками из золотой фольги и бересты. Привлекает внимание большое количество скульптурных головок коней с отверстиями для вставных рогов и ушей; орлиных грифонов, кошачьих хищников (крупные уши с завитком в основании, оскаленная пасть, миндалевидные глаза). Основу двухмерных композиций, видимо, составляли изделия из кожи, но сохранились лишь скульптурные головы и золотая фольга.

У одной из лошадей в первом ряду - плетка с деревянной рукоятью, окончание которой выполнено в виде головы хищника с оскаленной пастью, покрытой золотой фольгой.

В грабительском лазе встречены фрагменты колчана или горита с древками стрел и костяные втульчатые трехгранные наконечники стрел (шесть), пряжка, выпуклые круглые бляхи-пуговицы, возможно от колчана или одежды человека с резным изображением на лицевой стороне свернувшегося в кольцо архара. Костяная пряжка с изображением оленя, задняя часть туловища которого вывернута и копыта помещены над головой, покрыта фольгой.

Выявлены также деревянная двухмерная композиция копытного животного, на лопатке и бедре которого вырезаны изображения головы архара; двухмерная композиция лежащего копытного животного и позолоченная статуэтка архара. Вероятно, они украшали парадное облачение погребенного человека.

В ходе раскопок были отобраны материалы для проведения антропологических, палеозоологических, палеоботанических, антропохимических, технологических исследований.

На основе материалов, полученных в результате раскопок курганов, проведено морфологическое и патоморфологическое изучение органов и тканей останков лошадей из кургана № 11 могильника Берел. Впервые установлены особенности гематологических и ультраструктурных изменений сгустков крови: доказана трансформация сгустка крови интраваскулярной локализации в костную ткань. Освещены некоторые аспекты десмогенеза, остеогенеза с процессами вторичной структуризации отдельных тканей убитых животных, происходивших за две с лишним тысячи лет в локальных криогенных условиях. Установлено, что в кургане № 11 представлена небольшая популяция лошадей в основном рыжей масти, в возрасте от 15 лет и старше, хорошей упитанности, по многим параметрам близкая к местным современным «жабы». Паталогоанатомические данные предположительно свидетельствуют об относительном благополучии по существующим издревле инфекционным, инвазионным и незаразным болезням лошадей.

На основе исследования в Казахском Алтае выявлены условия формирования, строения и распространения многолетней (вечной) мерлоты в курганах Береля и естественных природных условиях. Для района Берельских курганов разработана модель, отражающая возможность формирования и сохранения различных типов мерзлых пород (сезонного и многолетнего промерзания, перелетков) в зависимости от площади и мощности каменной наброски.

Всего за отчетный, 2005 г., были исследованы пять объектов могильника; выявлены основные элементы погребального обряда, ритуально-обрядовой практики ранних и средневековых кочевников региона на первоначальном уровне. Среди них обозначены как однозначные компоненты погребального обряда, так и элементы поминального, культового характера. Они выявлены на основе факторов, прослеженных в наземных и внутримогильных конструкциях памятников ранних кочевников и древних тюрков.

Проведен сравнительный, формально-типологический анализ вещевого комплекса курганов некрополя Берел, который позволил уточнить относительную хронологию и культурную принадлежность означенных памятников.

Вещевой комплекс из курганов эпохи ранних кочевников некрополя Берел представлен керамическими сосудами, наконечниками стрел, чеканами, предметами конской упряжи и др.

Керамические сосуды относятся к кувшинам, которые по ряду признаков можно разделить на несколько типов. Среди них: кувшины вытянутых пропорций с овальным или округлым туловом, высоким горлом и с раструбом в устье; сосуды с удлиненным овальным или округлым туловом, невысоким прямым или слегка конусовидным широким горлом; кувшины с биконическим туловом, горло прямое и широкое. Некоторые украшены налепными валиками с насечками, расписаны минеральной краской. Замечено, что сосуды 1 типа более характерны для погребений V-III вв. до н.э.

Сосуды таких пропорций, вероятнее всего, предназначались для хранения жидких продуктов, хотя в кувшинах с более коротким и широким горлом могли хранить и сыпучие продукты. Несомненно, в них находилась сопроводительная пища для умершего.

Наконечники стрел, найденные в курганах Береля, костяные, трехгранные, втульчатые, известны во многих регионах Центральной Азии. Они существовали длительное время до II в. до н.э.

По тлену в могилах часто определяется наличие колчанов, но вследствие плохой сохранности что-либо определенное о них сказать невозможно.

Чеканы - оружие ближнего боя. Этим оружием умерщвлены лошади, ударом чекана пробит череп мужчины из кургана №11. В некрополе Берел они железные, сильно коррозированные. Сохранились деревянные рукояти чеканов. Проушные чеканы характерны для пазырыкского времени Алтая. Железные были более распространены в III-II вв. до н.э.

Предметы конского снаряжения представлены подпружными костяными пряжками, уздой, украшениями конской упряжи из дерева и кости.

Подпружные пряжки, блоковидные с неподвижным язычком, характерны для V-I вв. до н.э. Псалии - двудырчатые, удила - бронзовые, реже - железные, кольчатые, имеющие также широкую хронологическую шкалу.

Псалии, найденные в некрополе Берел, преимущественно деревянные, двух типов: S- образные, концы которых украшены барельефными или скульптурными изображениями животных, и в виде прямого стрежня. Первый тип псалий появляется в VI-V вв. до н.э. и доживает до II в. до н.э. Второй тип, вероятно, синхронен первому. Однокольчатые бронзовые удила, появившееся в VIII-VII вв. до н.э., некоторое время сосуществуют с железными, полностью вытесняя последние в ІІІ-І вв. до н. э.

Подвески, украшавшие конскую упряжь, выполнены в барельефе или в скульптуре с изображениями животных в скифо-сибирском зверином стиле. Бестиарий представлен типичными образами: олень, лось, кошачий хищник, птица, грифоны. Изображения отличаются четким построением композиций, реалистичностью образов, тонкой передачей деталей, строгим смысловым содержанием.

В целом, предметный комплекс из курганов некрополя Берел характерен для эпохи ранних кочевников, преимущественно IV-III вв. до н.э. Он характеризует высокий уровень материальной и духовной культуры номадов региона.

Конструктивные элементы погребальных сооружений некрополя Берел (платформа, крепида, панцирь) имеют аналоги в памятниках Пазырыкской культуры Горного Алтая (V-III вв. до н.э.). Локальные отличия культуры номадов Казахского Алтая зафиксированы по некоторым особенностям наземных конструкций: надмогильное купольное перекрытие, околомогильная ограда, кольца из поперечно уложенных плит в основании кургана. Прослеженное куполообразное сооружение над могильной ямой, имеющее в плане округлую форму, близко, вероятно, по значению наземной конструкции самого кургана, округлой или овальной формы. Известно, что в древних религиозно-мифологических представлениях сооружения округлой формы символизировали Небо, в то время как квадрат - Землю. Таким образом, круглый купол над квадратной (прямоугольной) ямой мог иметь вполне определенное значение. Несомненно, с поминальными действиями связаны околокурганные выкладки. Выявленные особенности проявляются и в других деталях материальной культуры древних кочевников Берельской долины: элементах изобразительного искусства, технологии обработки дерева и др.

Внутримогильное устройство курганов некрополя Берел характеризуется в большинстве элементами, свойственными для пазырыкской культуры ранних кочевников Алтая: сруб и колода, установленные в южной части ямы. погребение лошадей, перекрытие из полотнищ бересты и др. Однако, встречаются и редкие детали: сопогребение подчиненных лиц, каменный ящик.

В 2005 году велись работы на кургане 10, который предоставил богатый материал, обладающий высокой информативной ценностью, позволяющий судить об уровне архитектурного искусства и строительного дела, погребальном обряде, религиозно-мифологических представлениях древних кочевников Казахского Алтая. Новые археологические находки после консервации и реставрации пополнят фонды отечественных музеев. Анализы, проведенные на основе проб, отобранных в ходе раскопок, значительно расширят наши представления об условиях жизни далеких предков.